Эти сведения частично взяты из книги Джастина Ахилли "Нью-Йорк в ночи", частично являются отражением событий, происходивших в нашей хронике. Пожалуйста, будьте внимательны!

1.До нового Света

Ещё до Шабаша – и до прихода европейцев – то, что сейчас зовут Нью-Йорком, уже существовало.
У атлантического побережья жили многочисленные племена могикан и делаваров-манси, а дальше к западу обитали племена, впоследствии сформировавшие Ирокезскую Конфедерацию – мохавки, сенеки, онейды, онондаги и каюги. Это было в конце XVI века. До прибытия европейцев Каиниты Северной Америки были малочисленны. Присутствие Люпинов, происходящих из индейских племён, тогда было более заметным.
Когда первые немногочисленные Каиниты высадились на берегах Америки, индейские шаманы сочли их духами, вселившимися в материальные тела, или великими воителями минувших лет, вернувшимися из царства мёртвых.

Как и Люпины, эти Каиниты были голодными и неотёсанными, не столь утончёнными, как вампиры нынешних ночей. Они были постоянно одержимы жаждой крови, и ярость превращала их в опасных противников. Чтобы уничтожить одного из них, десятку мужчин приходилось объединять усилия. Немногим представителям более мудрых кланов удавалось обвести их вокруг пальца и натравить их на Люпинов в надежде избежать схватки, поскольку уже тогда Каиниты и Люпины были заклятыми врагами.

Каиниты того времени охотились на своих бывших соплеменников точно так же, как те охотились на бобров и кроликов. Не забывайте, что ирокезы вели преимущественно оседлый образ жизни – они занимались земледелием и строили вигвамы. Они не были теми индейцами-кочевниками, которые скачут по прериям в вестернах, поэтому вести дела с Каинитами им было особенно трудно. Они не могли просто уйти, ведь они столько сил вложили в обустройство своих поселений.

Первые Каиниты, имена которых кто-либо помнит, были родом не из этих мест; они пришли сюда как скитальцы и принадлежали к другим племенам. Большинство индейцев полагали, что они происходили из племён сауков и месквоки, обитавших в местах, ныне называемых Висконсином, и на берегах Миссисипи в северном течении реки. Они носили имена вроде Сияющий Олень, Чистый Медведь или Бледный Волк (наиболее выдающийся среди них). Когда ирокезы выясняли, кем являлись эти Каиниты, они удивлялись тому, как спокойно те вели себя. Они совсем не походили на кровожадных ночных демонов, которые опустошали их селения. Скорее уж они были созданиями той же природы, но иного склада ума. Эти вампиры объяснили ирокезам, чем они отличались от тех одержимых Зверем чудовищ, которые порой мучили их. Они поведали некоторым туземцам о сущности Каинитов, о соотношении между человеком и Зверем внутри каждого вампира и о еженощной борьбе между ними.

Эти Каиниты могли покинуть Европу ещё до того, как Камарилья сформировалась там как устойчивая организация – такие объяснения сущности вампиров не соотносятся даже с самыми ранними убеждениями Шабаша, но в то же время эти Каиниты, кажется, не беспокоились о соблюдении Традиций или подобных им законов. Либо так, либо они принадлежали к легендарным Инконню. А может, их просто не заботили вопросы сект.

Если для тайной истории Европы вмешательство Проклятых было обычным
явлением, то Северная Америка оставалась свободной от Каинитов, по крайней мере, до конца XVI столетия.

2.Прибытие европейцев

Нью-Йорк зародился не в качестве английской колонии. Изначально это был голландский форпост под названием Форт-Оранж. Примерно через год после основания Форт-Оранжа голландские купцы, финансировавшие колонизацию, заложили на самой южной оконечности острова Манхэттен фундамент нового поселения – Нового Амстердама.  Конечно, ни один Каинит не следовал за капитаном Гудзоном в его путешествии, предпринятом по заданию Голландской Ост-Индской Компании в 1609 году, но они, несомненно, были осведомлены о результатах его экспедиции. Последующее его путешествие, в результате которого был открыт Гудзонов пролив, профинансировали тринадцать богатых купцов (среди которых был Тремер) и престижные торговые компании – Московская и Голландская Ост-Индская. Московская  компания, содружество английских купцов, созданное исследователем Себастьяном Каботом, представляло собой акционерное общество (до 1630 года, судя по документам), пользовавшееся правом монопольной торговли с Россией. Эта компания профинансировала экспедицию Гудзона, как делала и прежде, поскольку в её интересах было отыскать новый торговый путь в Россию. Среди акционеров этого предприятия числились двое русских Бруха, двое английских Вентру, англичанин-Тремер, ирландский Тореадор, а также некий Хардештадт, Старший или Младший.

Последующие торговые и исследовательские путешествия, спонсированные, согласно документам, этим Хардештадтом, организовывались также и с целью тайной перевозки в Америку Сородичей, которые навлекли на себя гнев старейшин в Старом Свете. Возможно, что мистер Хардештадт помогал предприимчивым шабашитам перебраться в Новый Свет, одновременно громко восхваляя Камарилью в Европе. И также собирал услуги со своих сверстников, отправляя их непослушных Детей за море.

В 1673 году голландский флот, тайно перевозивший немалое количество Каинитов Шабаша, бежавших из Старого Света в Новый, атаковал Нью-Йорк. Голландцы Нью-Йорка приветствовали своих сограждан с распростёртыми объятиями – а Шабаш, без сомнения, не менее радостно приветствовал подкрепления, численность которых была вполне достаточной, чтобы секта смогла решительно провозгласить город своим доменом. В течение пятнадцати месяцев Нью-Йорк пытался восстановиться в качестве Нового Амстердама, но всё закончилось бескровным переходом города под власть англичан. Но в том, что касается Сородичей, с этой точки зрения ущерб был нанесён.

Сородичей, населявших Нью-Йорк  к концу XVII века, было примерно двадцать. Тогда в городе жили около десяти тысяч смертных. Со средствами коммуникации и со светскостью тогда дела обстояли хуже, чем сейчас, и Сородичей было слишком много, чтобы они могли легко добывать пропитание, однако не настолько, чтобы это становилось абсурдным. Кроме того епископ Нью-Йорка располагал некоторой властью над Сородичами, обитавшими среди индейских племён, равно как и над теми, кто контролировал близлежащие мелкие поселения.

3. Площадка для игр большой политики: 1673 -1861

Первыми епископами Нью-Йорка стали Бруджа родом из Праги Екатерина Мудрая и цимисхи индейского происхождения Отахиони – "Волк" в переводе с языка Каюги, что отражало положение дел: властью обладали богатые голландские Ласомбра, бежавшие из старого Света от тамошних Вентру и Тремер, но значительную конкуренцию им составляли Цимисхи, прибывавшие в порт Нью-Йорка вместе со своими семействами ревенантов и активно интересовавшиеся местными индейскими обрядами и ритуалами. Обряды индейских племён стали неотъемлемой частью практики Шабаша Нового Света, а Цимисхи и Гангрел нашли потомков среди ирокезов, мохавков и других. Пытаясь бороться с нарастающими противоречиями в Секте и в поисках союзников в поддержку своего "Пакта о Продаже", в город прибыл известный дипломат Шабаша, Раду Бистриц, назначив в советники Екатерине Мудрой Примаса Ливию Черны, но она не добилась значительных успехов в усмирении амбиций Ласомбра, и при их поддержке архиепископом, фактически правителем города стал Ласомбра испанского происхождения Доминго де Полонья.

Однако, несмотря на распри в Шабаше, Нью-Йорк с того момента, как он стал называться городом, оставался городом Шабаша хотя бы по числу сторонников этой секты среди местных немёртвых. Сторонники Камарильи, Вентру, Тремер, Бруджа и Тореадор, так или иначе связанные с голландцами, также пытались найти себе место в городе, но Шабаш не давал такой возможности. Так же поддержке заокеанской Камарильи препятствовала борьба колоний за независимость, и к началу двадцатого века мало кто вообще верил, что Нью-Йорк будет когда-либо потерян.

4. Нарушенная монополия: 1900-40-е годы XX века

В начале двадцатого века в Нью-Йорк был назначен новый Примас, Цимисх французского происхождения Блез Карем по прозвищу "Великий Пост". Вызвано это назначение было тем, что Цимисхи, поддерживаемые массовой эмиграцией из Восточной и Центральной Европы, более не желали подчиняться контролю консервативных Ласомбра, и угрожали секте расколом. Карему, ученику и последователю кардинала Вельи, удалось не только завоевать авторитет в своем клане, но и добиться поддержки от Вентру –антитрибу, Змей Света и даже Отступников Тремер, которые в те годы основали в Нью-Йорке свою капеллу. Поначалу не воспринявший француза всерьёз де Полонья был в конце концов вынужден пойти на уступки, передав в руки Цимисхов контроль над несколькими доменами. Кроме того, примас способствовал распространению Путей Просветления, занимаясь обучением как Священников Стай, так и желающих наставлений шабашитов. Для быстро терявших Человечность новообращённых это было более чем кстати, как и для Священников, осознавших себя силой, с которой требуется считаться.

Тем не менее, высокомерие Шабаша, не желавшего тратить слишком много времени на смертных, привело к тому, что во время обвала фондового рынка в 1929 году Вентру Камарильи активно проникали на Уолл-стрит, скупая акции разорившихся компаний. К концу депрессии Вентру Микаэла покинула прежний домен в Пенсильвании и перебралась на Манхэттен, благодаря выгодным инвестициям приобретя немалое влияние на финансовую сферу. Видя ее успех, Тремер также занялись игрой на бирже, финансируя свои исследования и обустраивая Капеллы. Даже Тореадор и Бруха, привлеченные движением битников в Гринвич-виллидж, поселились здесь, несмотря на то, что Шабаш пытался выдворить этих первопроходцев. Шанс был уже упущен. Численность Сородичей превратилась в проблему.

5. Третья гражданская война Шабаша 1957-58

После отбытия Блеза Карема в Старый Свет в 1953 году, посеянные им семена продолжали прорастать, а провокации Ладислава Чорбы довершили дело. Ладислав, Дитя Блеза Карема, также претендовал на пост Епископа и Примаса, но де Полонья не собирался давать такую власть потомку своего соперника, который к тому же совершал множество безумных выходок. Добиться признания от шабашитов Чорбе не удалось, но своими действиями он посеял немало сомнений в головах, особенно тех представителей кланов, которые считали себя несправедливо обделёнными. Лоялисты, большинство из которых составляли Бруджа Антитрибу, были недовольны тем, что консерваторы вроде де Полоньи выступили против нового Крествого Похода, в то время, как Шабаш теснят к востоку и отрезают от поддержки сторонников из Канады. Заручившись поддержкой Стай из Филадельфии и Олбани, лоялисты потребовали от Полоньи и Турлева наступления на Бостон, Джерси, Балтимор и Манхеттен, захваченный Камарильей. Однако де Полонья только посмеялся над ними.

Ничего не добившись, Бруджа устроили де Полонье и его сторонникам Цимисхам партизанскую войну, набирая рекрутов в других городах и уничтожая каинитов, поддерживающих Статус-Кво. За три месяца гражданской войны число каинитов в Нью-Йорке сократилось вдвое, прежде чем Ультраконсерваторы согласились на переговоры с мятежниками. Джо Пандер со своими сторонниками-Каитиффами подвернулся как раз вовремя, чтобы предоставленное право Пандерам называться кланом стало той уступкой, которая позволила Консерваторам уладить конфликт, не теряя своих каинитов и даже не особенно делясь властью. Отделённая от сторонников Бруджа фракция бесклановых стала на сторону Ультраконсерваторов, и с мятежом удалось справиться.

6. Битва за Нью-Йорк и правление Калеброса 1999-2001

Ослабление позиций Шабаша в ходе Третьей Гражданской войны было на руку Сородичам Камарильи. Не решающим фактором, а всего лишь одним из этапов тщательно продуманного плана, включавшего в себя как финансовую и управленческую деятельность Вентру, разведчиков-Носферату, так и современные технологии и даже помощь независимых кланов, Сетитов, Джованни и Равнос. В течение семи ночей город был практически полностью очищен от Шабаша –кто не нашёл окончательную смерть, тот был вынужден бежать. Сложнее было избавиться от представителей семейств ревенантов, слишком мало чем отличавшихся от простых смертных, чтобы их легко можно было засечь с помощью доступных Камарилье средств. В дальнейшем эти ревенанты, в первую очередь Обертус, сделали возможным возвращение части городских Стай в прежние владения. На этом пепелище Цимисхи получили небольшое, но преимущество перед Ласомбра – у  своей смертной родни они могли найти как убежище, так и пищу и даже финансовую поддержку.

Временным правителем города стал Носферату Калеброс, вовсе не желающий задерживаться на высокой должности, понимая, что борьба представителей Высоких Кланов за власть скорее всего, будет стоить ему головы. Во время его правления были приняты и соблюдались следующие законы:

- несмотря на небольшую численность Сородичей, запрет на Становление;

- Чистильщик выполняет свои обязанности от имени Князя, уничтожая слабокровных и недозволенное Потомство (что вместе с предыдущим законом увеличило число недовольных, а также перебежчиков, надеющихся получить хоть какую-то защиту);

-Шериф действует от имени Князя (что позволяло и Калебросу, и его Преемнице сохранять связь с Кланом Тореадор, все еще пользующимся влиянием – Тореадор  шериф Кадир Аль-Асмей пользуется уважением в клане)

- Шабаш по-прежнему наш враг
(и сколько раз увидишь шабашита, столько раз его убей… почти излишний пункт, учитывая, что те шабашиты, что остались в Нью-Йорке, были чрезвычайно озлоблены против Камарильи, а Старейшин, ставивших старые связи выше противостояния Сект, здесь нет)

7. Попранные законы: 2001-2014

После завершения правления Калеброса, Камарилья снова оказалась перед лицом заговоров и разногласий совета Примогенов. Чтобы не дать Шабашу возможность воспользоваться расколом и укрепить власть Камарильи, домен был передан под правление "старейшине из Старого Света". Ходят слухи, что та была Архонтом, которую Калеброс привлёк в качестве помощницы. Иные языки говорят, что это всего лишь мистификация, и городом продолжал править Носферату. Как бы то ни было, при новом Князе продолжилась политика, введённая Калебросом, но гайки чуть ослабли. Каитиффы всё ещё были персонами non grata, но всё меньше и меньше за ними следили. Да, если они попадались, то следовало суровое наказание за грехи "отцов", но для этого следовало сильно наследить. В город постепенно прибывали новые сородичи. К 2014 году город даже стал казаться вновь мирным и спокойным. Кратковременный взрыв паники от ожидающий конца света в 2005 был мастерски подавлен силами Камарильи… и не только. Были заново собран совет Примогенов. В человеческом мире преступность пошла на спад, улицы стали чище и спокойнее, а жизнь среднего жителя Нью-Йорка, благополучнее. Затишье длилось недолго, и финансовый кризис 2008, худший со времён Великой Депрессии, убавил надежд на перемены к лучшему что для людей, что для терявших свои капиталы, а вместе с тем и влияние, Сородичей.

Случившееся позднее будет названо Апрельской Атакой. Элизиум в ресторане "Будапешт" был атакован Шабашом, что даже по меркам Секты считается максимально вероломным поступком. В бою погибает множество шабашитов и камарильцев, но, что важно для первых, Окончательную Смерть обретают примогены Вентру и Тремер. В бою лично присутствовал Князь, но обстоятельства её появления заставляют всё больше и больше задавать вопросы: слишком уж вовремя она появляется.
Тем не менее, атаку можно было считать удачной для Шабаша: Князь исчезает без следа и новым правителем города назначается Джозеф Уэлсл - Вентру времён Войны за независимость, известному военачальнику боев с Шабашом. К сожалению, далеко не все Примогены согласны с его кандидатурой. Перед лицом новой осады города Камарилья по-прежнему разобщена и занята борьбой как за власть Князя, так и за посты Примогенов.

Де Полонья, демонстративно не поддержав Стаи, нарушившие Традицию Элизиума, первоначально решил дать возможность им "самим себе надеть петлю на шею", но хотя и с потерями, нападающие, используя огнемёты, взрывчатку и множество созданных Цимисхами тварей, существенно проредили "верхи" Камарильи. Этого не могли не признать даже Ультраконсерваторы.

Шабаш, учитывая допущенные ранее ошибки, теперь делал ставку не только на каинитов, но и на проникновение в деловой мир Нью-Йорка. Там, где Вентру скупали акции на бирже, шабашиты проникали в фирмы средней руки, не гнушаясь прямым шантажом и рейдерскими захватами, и приобретали заброшенную из-за финансового кризиса недвижимость. Кроме того, сделав выводы из тактики, использованной в Сан-Франциско, молодые каиниты делали попытки взять под контроль городские банды, конкурируя на этом поприще с Джованни и Сетитами.

Место в снабжении Шабаша вооружением и боеприпасами, которое утратили Джованни, соблюдавшие договор с Камарильей, стали занимать Сетиты, распространяющие среди Стай Шабаша вполне боеспособное оружие.
Цимисхи, после потери города получившие право заявлять, что они бы не допустили поражения, потребовали возвращения Примаса Блеза Карема, а вместе с тем, и его сторонников. В свою очередь, кочевые Стаи вызывают недовольство шабашитов городских Стай, предъявляя права на угодья, ранее принадлежавшие горожанам. В то время как мораторий на Обращение в Камарилье, объявленный Калебросом, не был отменён Ирэной, Шабаш продолжал увеличиваться в числе, причём как за счёт кочевников, так и за счёт Новообращённых, которые вовсе не были "лопатоголовыми."

Настоящее время

Тореадор, как ни странно, поддержали Уэлсли, возможно, из-за обещанных им привилегий, хотя скорее всего, примоген Тореадор Вивьен Кардо и шериф Кадир АльАсмей ведут свою игру, и возможно, каждый свою собственную.

Примоген Носферату Калеброс приветствовал возвращение своего давнего друга, хотя и не скрывал удивления, что заставило долго державшегося в стороне от политики Вентру принять это назначение. В свою очередь, Уэлсли дал понять, что продолжит держаться принятых в правление Калеброса законов и не станет отменять даже мораторий на Обращение.

Вернувшийся к своим обязанностям Примаса Блез Карем заключил соглашение с дуктусами кочевых Стай, обещая им поддержку и домены, в случае, если они их смогут завоевать. На призыв Блеза откликнулись как и мародёрствующие Стаи, так и множество каинитов с самой разной репутацией, в том числе соученик Блеза метаморф Лука Дитя Проклятия, не менее известный провокатор, чем Ладислав Чорба, как показала практика. Выступление его Стаи "Перекрёстный Огонь" в прямом эфире на захваченной радиостанции стало большей угрозой Маскараду, чем большинство событий в битве за Нью-Йорк. Для себя, однако, дуктус ничего не требовал и смирился с тем, что в его Стаю, где ранее он исполнял обязанности и дуктуса, и священника, назначили Священника Кристофа Константинеску  из рода ревенантов Обертус, традиционно не высоко ценящих его семью, Братовичей. Прибытие в Нью-Йорк осенью 2014 Стаи Мацея Зарновича с его Цирком говорит о том, что Шабаш в Нью-Йорке может надеяться на поддержку сторонников из Монреаля.

Существуют пока не подтверждённые свидетельства, что несмотря на уничтожение Отступников Тремер, в Нью-Йорке снова создают Кровавых Братьев и за это в ответе Прист "Перекрёстного Огня" Кристоф Констатнтинеску и его Гранд-Сир, Старейшина Цимисх  боярин Кодряну. Впрочем, присутствия Старейшины в городе никто не подтверждает.

Ультраконсерваторы во главе с де Полонья признали необходимость нового Крестового Похода, но пока не считают, что у Шабаша в городе достаточно сил. Турлев, правая рука Полоньи, вернулся к обязанностям епископа и руководит проникновением агентов Шабаша в Бруклин. Де-факто существует и епископ Южного Бронкса, которого принимал у себя де Полонья, а также Шабаш предъявляет права на домен на острове Сити-Айленд.

Появление в городе кочевых Стай и возвращение лидера оппозиции Кардиналу де Полонье, Примаса Блеза Карема, возобновило противоречия между фракциями Шабаша, и у Статус Кво больше нет Пандеров, чтобы обратить ситуацию в свою пользу. Раскол стал сильнее: при каждом удобном случае фракция Франциско де Полоньи во всех неудачах ищет вину Цимисхов, упрекая их в вероломстве и срыве всех планов. Цимисхи и примкнувшие к ним считают, что всё идёт своим чередом. Но все согласны, что разожжённый огонь следует раздувать и Шабаш, набирающий силы, потихоньку приходит к объявлению нового Крестового Похода…

Хотя лояльные Камарилье Носферату Жерар Рафен и его сторонники вернули себе контроль над серверами Шрек.нет, Анархи Красного Вопроса не дают забыть о себе, испытывая терпение Сородичей и каинитов провокационными рассылками, раскрывающими нелицеприятные подробности нежизни руководителей и Старейшин Камарильи и Шабаша, а также Баронов Анархов.